Ана Дали. «Сальвадор Дали»

Добавьте в закладки эту страницу, если она вам понравилась. Спасибо.

3

Начало сентября 1925 г.

Милая подруга — Ана Мария!
Я в Гранаде и получил твое чудесное письмо. Тебя я никогда не забывал, а если и не писал, то не по своей вине, а замотавшись в дурацкой мадридской суетне. Здесь, в Андалузии, я другой — тот, каким был в Кадакесе. Я все вспоминаю о том кораблекрушении, которое мы чуть было не потерпели ка море! А какое жаркое из кролика, приправленное песком и морской солью, мы ели на камнях в оранжевой тени орлиного крыла. То море — оно мое, Ана Мария.
Как верно то, что ты написала о моих злосчастных перчатках (вообще-то, они не мои — я выпросил их, чтобы явиться к вам в дом франтом) ; да, это очень верно.
Ничто так не впитывает индивидуальность, как перчатки и шляпы, особенно если они старые. Дай мне перчатку, и я расскажу тебе о владельце... У Пичотов на чердаке, наверно, множество перчаток: лайковые, черные, беленькие, детские — для первого причастия, кружевные... лежат в плетеной корзине... а взглянешь — и комок подступает к горлу, особенно если увидишь ту самую, материнскую перчатку... А море шумит! Довольно — оставим этот ибсеновский сюжет. И вспомним о Нини — вот она вырядилась Орфеем1 и распевает, как пьяный матрос над жестянкой бухты.
Ты пишешь, что прекрасно провела лето, — я рад. Античное лето, с лодками. О себе того же сказать не могу: мое лето не из лучших. Сначала много работал, но тоска по морю просто истерзала меня, и я уехал. Уехал и излечился — Малага вернула меня к жизни. Скоро закончу «Ифигению» и пришлю тебе отрывок.
А Лидия — что за прелесть. Ее фотография стоит у меня на рояле. Ксений (князь он, что ли?) изрек, что она безумна, в точности как Дон Кихот (на этом месте следует поджать губы и закатить глаза), но это неправда! Сервантес пишет, что у Дон Кихота «усохли мозги» — так и есть, а с нею иначе. Безумие Дон Кихота — отвлеченное, сухое; это спятившая, лишенная живых образов фантазия. А безумие Лидии — сама нежность, оно напитано влагой, населено ласточками и лангустами; ее безумие гармонично. Дон Кихот витает в облаках, а Лидия — вот она, бродит по берегу нашего — средиземного — моря. Вот в чем разница. Ее я и хотел разъяснить, дабы пресечь домыслы Ксения.
Как пленителен Кадакес! И как увлекательно рассуждать о сходстве h отличиях последнего странствующего рыцаря и Лидии! Ты ведь не сердишься на меня за этот краткий экскурс в теорию темпераментов? Нет, не сердишься — это ведь похоже на наши разговоры. А кроме всего прочего... как иначе вызволить наши сети, скулы, сциллы?
Значит, вы познакомились с Альфтером? Занятный олух. Он до того бестолков, что может стать настоящим, большим художником. А почему бы вам с братом не приехать в Гранаду? Сестры пригласят тебя — они сами напишут. Передай привет тетушке и отцу — я так благодарен им за приют и ласку. Привет Сальвадору. Я помню о тебе всегда, знай это.

Твой друг Федерико.

Твой друг и всей Каталонии — на вечные времена!
А портрет сеньора брата — как он тебе, Ана Мария?
Напиши мне, понравился или нет.
И не забывай злосчастного андалузского морячка, потерпевшего кораблекрушение.

Примечания

1. Орфей — мифологический фракийский певец, поэт и музыкант, чья игра укрощала диких зверей.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика
©2007—2019 «Жизнь и Творчество Сальвадора Дали»