Безумная жизнь Сальвадора Дали

На правах рекламы:

Гербалайф для похудения: коктейли, чаи и другое.

• Ящики для холодильников liebherr либхер lb-total.ru.

Добавьте в закладки эту страницу, если она вам понравилась. Спасибо.

Гала и Уильям

В августе 1962 года Музе Дали и Мадонне Порт-Льигата исполнилось шестьдесят восемь лет. Мучительно переживающая свою старость, Гала красила волосы (а вскоре начала носить парик) и стала подумывать о пластической операции и о других способах омолаживания. С каждым годом и с каждой новой морщиной возрастала ее страсть к молодым мужчинам. После того как Питер Мур занялся делами Дали и принес ему огромные прибыли, Гала могла себе позволить все что хотела. А хотела она многого. "Мальчики Галы дорого им обошлись", — утверждала Мара Альбаретто, добавив, что существенную часть гонораров Дали Гала тратила за спиной художника на любовников1.

Впрочем, не все эти мальчики сходились с ней ради денег, шанса сделать карьеру в кино или иных посулов. Не все действовали, как Эрик Самон: они с Галой однажды вдвоем обедали в ресторане, а в это время его дружки, с которыми Самон был в сговоре, украли автомобиль Галы2. Некоторые были очарованы ею как женщиной и даже заботились о ней. Например, Уильям Ротлейн, двадцатидвухлетний наркоман, подобранный Галой на одной из нью-йоркских улиц. Пораженная его сходством с молодым Дали, Гала привела его в отель "Сент-Режи", отмыла, одела в хороший костюм, на время отвадила от наркотиков и в один прекрасный день появилась с ним в Испании3.

Ротлейн возродил в Гале подавленный материнский инстинкт. Он привлекал ее сексуально, и когда в 1963 году она представила его Альбаретто, им показалось, что она страстно влюблена. Гала очень любила путешествовать (Дали со временем это занятие возненавидел) и уехала с Уильямом на "Кадиллаке" в Италию. Они появились в Турине после короткой остановки в Монте-Карло. Мара Альбаретто, к этому времени хорошо узнавшая Галу, почувствовала, что новый мальчик сильно отличается от ее обычных любовников. Не было сомнений, что эти двое не просто спали друг с другом, но были искренне увлечены. Однажды, заинтригованная, она пристала к Уильяму с расспросами. Он отвечал, что до Вероны между ними практически ничего не было, так, легкие поцелуи. Но в Вероне, где Гала под балконом Ромео и Джульетты обычно требовала от своих любовников признаний в вечной любви, свершилось чудо. И теперь они делали все, что имело хоть какое-то отношение к сексу! Гала, признался Уильям, была фантастической женщиной в постели. То же самое об Уильяме сказала и Гала, назвав его наиболее искусным любовником из всех, за исключением Поля Элюара. Дали, разумеется, вообще не принимался в расчет4.

Мара Альбаретто сохранила множество писем от Галы, в которых говорится об Уильяме. Вот одно из самых типичных (Гала и Дали только что вернулись в Мадрид):

Мой дорогой друг, дорогая Мара,

Я давно не получала никаких вестей ни от тебя, ни от Уильяма и волнуюсь. Пожалуйста, позвони мне или же немедленно пошли телеграмму. Мы приехали сегодня и намерены провести здесь неделю, затем — несколько дней в Порт-Льигате. Но, прошу тебя, сообщи мне, что нового у тебя и Уильяма, все, что имеет какое-либо отношение к нему. Нежно тебя целую, твоя Гала.

Черновик телеграммы Уильяма Гале еще более красноречив:

МОЯ ДОРОГАЯ ГАЛА,

Я НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЮ... Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ... Я НЕ УПОТРЕБЛЯЮ НАРКОТИКИ... Я НЕ ПЬЮ... Я СОВЕРШЕННО ПОТЕРЯН... Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ... Я СХОЖУ С УМА... ПОЖАЛУЙСТА ПОЗВОНИ МНЕ ИЛИ ДАЙ ТЕЛЕГРАММУ НЕМЕДЛЕННО... ТЫ НУЖНА МНЕ... Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ ТАК ЧТО Я БОЛЕН... ВСЕ ХОРОШО МЕЖДУ МНОЙ И ТОБОЙ... Я НЕ ПИСАЛ И НЕ ЗВОНИЛ ТЕБЕ ДО ЭТОГО ПОТОМУ ЧТО Я СУМАСШЕДШИЙ... Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ... НЕ БРОСАЙ МЕНЯ... Я НЕ ХОЧУ ПОКИДАТЬ ТЕБЯ И ЖДУ ТЕБЯ ЗДЕСЬ... БИЛЛ

К 1964 году Дали совершенно уверился в том, что Гала намерена бросить его ради Уильяма. Обычно, когда она уезжала с кем-то из любовников, он был рад остаться на неделю-другую без постоянного контроля, но постепенно начинал тосковать без нее. Теперь это была не просто тоска, Мастер боялся, что Гала его оставит. Мара Альбаретто до сих пор хранит патетическое письмо Дали, в котором он уговаривает Галу вернуться. Оно начинается словами: "Моя дорогая Оливетта, ты страшно нужна мне, пожалуйста, возвращайся быстрее домой". Гала не ответила, и Дали был настолько угнетен, что не мог работать5.

Страсть Галы к Уильяму стала слабеть, после того как супруги Альбаретто уговорили Феллини отвлечься от съемок фильма "Джульетта и духи" и попробовать Ротлейна в кино. Результат оказался плачевным, и самка богомола решила, что пришло время уничтожить последнего самца в ее коллекции. Впрочем, роман еще некоторое время продолжался. В испанской прессе, с ее строжайшей цензурой, об этой связи не было ни слова. Но в Италии только решительные действия четы Альбаретто, выкупивших фотографии у репортера, предотвратили появление скандальной статьи в популярном журнале. На одной из этих фотографий Гала и Уильям выходят из ресторана, пытаясь укрыться от "папарацци".

Питер Мур, озабоченный влиянием столь безрассудной страсти на работоспособность Дали, обрадовался, когда в 1966 году Муза попросила его посадить Ротлейна на самолет до Нью-Йорка с билетом в одну сторону. Перед этим супруги Альбаретто приобрели переписку Галы и Уильяма, опасаясь, что тот продаст ее какой-нибудь желтой газетенке. Вскоре Уильям умер в Америке от передозировки наркотиков6.

Этот случай весьма показателен для Галы, с ее манерой любить и жить. Только с постоянным притоком молодой крови она могла развеять свой ужас перед старостью. Порвав с очередным любовником, она тут же пускала в ход свою изумительную сексуальную привлекательность, свой шарм, свою власть и деньги для завоевания следующего.

Главным свидетелем того, насколько страстно Гала желала оставаться молодой и энергичной в годы своего заката, стал тридцативосьмилетний доктор Мануэль Вергара, который приехал в Кадакес в 1960 году и остался там на всю жизнь. Более десяти лет он был лечащим врачом супругов Дали и регулярно навещал их в Порт-Льигате. От него требовалось в любое время дня и ночи бросать все свои дела и немедленно выезжать к ним по малейшему поводу. А поводов было достаточно, поскольку оба супруга были маниакально озабочены своим здоровьем и вызывали доктора даже в случае элементарной простуды, и все это — за тысячу песет в год! Почему Вергара сносил подобное обхождение, неизвестно. Если он и надеялся на какое-нибудь вознаграждение (например, рисунок или небольшую картину), то напрасно, так как в итоге получил лишь дарственную надпись на книге. Веселый, простосердечный, неглупый человек, Вергара не уставал удивляться жизнеспособности, сексуальному аппетиту Галы и ее диктаторскому характеру. Что касается Дали, то Вергара боялся за него. Он был также врачом Анны Марии и имел возможность наблюдать брата и сестру: они были похожи даже недугами (оба страдали идиосинкразией)7.

Нимфомания Галы, о которой все в Кадакесе были прекрасно осведомлены, вынуждала Дали окружать себя красивыми людьми обоих полов, в надежде создать впечатление о собственной сексуальной активности. Но у Дали не могло быть половых партнеров. Он до конца своих дней оставался тихим, сгорающим от стыда Великим Мастурбатором.

Сгорающим от стыда? Не многие могли знать об этом в середине 1960-х, когда художник продолжал изумлять мир публичными представлениями, а Питер Мур неустанно преумножал его богатства. Средства массовой информации почти всегда опускали бестактный вопрос о его сексуальности, несмотря на то что проблемы эротического свойства были в его творчестве предельно очевидны. Исключением стал французский писатель и журналист Ален Боске, чья небольшая книга "Беседы с Сальвадором Дали" была издана в 1966 году. В ходе этих встреч и разговоров, записанных на магнитофон в Париже осенью 1965 года, Боске неожиданно спросил у художника, испытывал ли он когда-либо чувство стыда. "Да, и очень часто", — отвечал тот:

В детстве я был очень застенчив, особенно в присутствии людей из высших слоев общества. Бывало, я вспыхивал как маков цвет, снимая перед ними шляпу в знак приветствия. Во время первого посещения Мари-Лор Ноай я все время боялся допустить какую-нибудь оплошность. Теперь же все это позади — я сам смущаю людей!8

Остается только сожалеть, что Боске не попытался развить эту тему дальше: он мог бы обнаружить, что за эксгибиционистом Дали скрывался все тот же маленький, патологически застенчивый ребенок, который моментально терялся, едва на него обращали внимание. Более того, смущать других, заставлять кого-то чувствовать себя приниженным — это характерная защитная реакция, подтвержденная клиническими наблюдениями. Никакая слава не могла освободить Дали от этого невроза — только коренная перестройка личности. Но ее так и не произошло.

Примечания

1. Из разговора с Марой Альбаретто в Турине 25 октября 1995 г.

2. Изтого же источника.

3. МакГирк утверждает, что Гала и Ротлейн встретились в 1963 г. (р. 127), без указания источников информации.

4. Из разговора с Марой Альбаретто в Турине 23 октября 1995 г.

5. Из того же источника.

6. Из разговоров с Джузеппе и Марой Альбаретто в Турине 23-24 октября 1995 г.; с П. Муром в Кадакесе в 1994 г. Версия Альбаретто была опубликована несколькими годами ранее в La Vanguardia, Barcelona, 29 January 1989, p. 43.

7. Из разговора с Мануэлем Вергарой в Кадакесе 6 августа 1996 г.

8. Bosquet, Dali desnudado, pp. 86-87.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика
©2007—2019 «Жизнь и Творчество Сальвадора Дали»