Безумная жизнь Сальвадора Дали

На правах рекламы:

http://www.medicalserviceplus.ru/ халат медицинский - женские медицинские халаты.

Добавьте в закладки эту страницу, если она вам понравилась. Спасибо.

Чтение лекций и живопись

Тринадцатого мая 1928 года Дали вместе с двумя коллегами по "L'Amic de les Arts", Хосефом Карбонелем (главным редактором) и Х.В. Фуа, выступили с лекциями перед аудиторией Ситхеса о "самых последних направлениях в живописи и литературе"1. Короткое выступление Дали стало образцом ясности и остроумия. Следуя идее "Антихудожественного манифеста", Дали обрушился на "чернь" современного каталонского искусства, спрашивая, почему до сих пор не разрушен барселонский Готический квартал, напомнив слушателям, что построенный в свое время Парфенон был блистательным новшеством, а не развалиной, и обратился ко "всем приверженцам цивилизации" с программой из десяти пунктов:

1. Отменить сардану2.

2. Бороться против всего провинциального, типичного, местного и прочее.

3. Презирать всякое сооружение, простоявшее более двадцати лет.

4. Проповедовать, что настала эпоха конструктивизма.

5. Убеждать, что железобетон существует на самом деле.

6. Что на самом деле существует электричество.

7. Что гигиена требует ванны и смены белья.

8. Что облик человека должен быть чист, а не покрыт плесенью.

9. Что надо пользоваться новинками современной эпохи.

10. Что художников следует считать препятствием для развития цивилизации*.

Дали закончил речь забавным и развязным заявлением:

Господа! Из уважения к искусству, из уважения к Парфенону, Рафаэлю, Гомеру, египетским пирамидам, Джотто объявим себя антихудожниками.

Когда наши художники научатся ежедневно купаться, заниматься спортом и стирать с жизни плесень, тогда и придет время беспокоиться о судьбах искусства. Только беспокоиться — иначе3.

В Фигерасе также была прочитана серия лекций об искусстве, а в казино устроена выставка местных художников, на которую Дали представил девять картин, в том числе — четыре из "периода Лорки": "Натюрморт" ("Приглашение ко сну"), "Механизм и рука", "Мед слаще крови" и "Арлекин". Среди выступавших нашлись два ярых спорщика и критика: Хуан Сакс и Рафаэль Бенет, с которыми Дали сталкивался по разным поводам. Выступление Дали было назначено на 21 мая (последний день выставки). Он собирался говорить о новейших художественных направлениях. Помещение заполнили жители Фигераса, жаждущие услышать воинствующего художника. Текст лекции неизвестен, но газетный репортаж свидетельствует, что на этот раз обошлось без скандалов: Дали вел себя прилично (его семья присутствовала в зале). Ясно и точно, используя многочисленные слайды, Дали подвел итог развитию современной живописи от кубизма до сюрреализма, выразив свою симпатию к последнему и одобрив теорию Фрейда о бессознательном, "которое подчиняется собственным законам, расходящимся с законами бодрствующего ума". Похоже, что слушателям лекция доставила большое удовольствие. Друг Дали П. Пухадас прочитал отрывки из последней части псевдосюрреалистической книги "Гертруда" Х.В. Фуа4.

Потом к кафедре с короткой речью вышел мэр Фигераса Рамон Бассольс. Некоторые из присутствующих обратили внимание на его бледность, объясняя ее важностью момента. Сходя со сцены, Бассольс пошатнулся и упал замертво на руки Пухадаса. Событие сразу же получило широкую огласку в прессе, как местной, так и барселонской5. "Газеты объявили, что он пал жертвой моего чудовищного выступления", — вспоминал Дали в "Тайной жизни". Хотя ничего особенно чудовищного в выступлении не было, эта история способствовала растущей популярности Дали как оратора, способного убить своей речью6.

С успехом закончив лекционную кампанию, Дали вернулся в Кадакес для занятий живописью. Среди работ того лета были пляжные пейзажи с включением в композицию настоящего морского песка (или мелкой гальки), ракушек и кусочков рыбацких поплавков, выловленных им в Эс Льяне и Эс Сортеле7. Он экспериментировал в этой технике до конца 1927 года, находясь под влиянием Андре Массона и Пикассо8. В подобных работах элементы коллажа часто служат деталями настолько откровенно эротичных сцен, что только глупец, ханжа или человек с подавленной сексуальностью могут не заметить этого. Как и в картине предыдущего лета "Мед слаще крови", мы видим мертвого осла, а птицы и призрачные коровы свидетельствуют об увлечении Дали Максом Эрнстом.

Одной из наиболее откровенно сексуальных работ того лета стала картина "Диалог на берегу", в более позднем названии которой — "Неудовлетворенные желания" — проливается свет на ее содержание. Рука слева с ее фаллически оттопыренным пальцем принадлежит мастурбатору Дали — этот образ был намечен еще в прошлогодних "Останках". Но рука и сама по себе является образом мужских половых органов: первый палец походит на эрегированный пенис, а третий и четвертый — на тестикулы. Что касается красной щели, окантованной черными волосами между большим и указательным пальцами, то это безусловно вагина. Фаллический палец направлен в сторону другой, без сомнения, женской сущности, отделенной спокойным одноцветным пространством. Кажется, что фигуры расположены на островах, и их попытки вступить в контакт не осуществляются из-за непреодолимого морского пространства. Красное, похожее на разорванную ленту, женское отверстие перекликается с верхним отверстием на еще одной призрачной фигуре, трактованной в стиле Танги и спиралью поднимающейся в небо. Сантос Торроэлья интерпретирует ее как неудовлетворенные желания9. "Диалог на берегу", в котором заметно влияние Миро, может быть понят как выражение отчаяния Дали по поводу своего одиночества и отсутствия сексуального партнера, выходом из чего могла быть только стыдливая мастурбация.

Рука мастурбатора появляется и в некоторых других картинах, созданных тем летом, особенно в "Купальщице" ("Обнаженной"). Здесь также безошибочно угадывается влияние Миро10. В другой картине на близкую тему под названием "Мужская и женская фигуры на берегу", известной в наши дни только по черно-белой фотографии, рука соседствует с идеограммой грудей, своей формой явно обязанных Арпу. Дали всегда восхищался немецким художником, и многие картины тех месяцев, в особенности изображающие рыбаков и женщин на берегу Кадакеса, откровенно свидетельствуют об этом.

Примечания

1. AA, 30 April 1928, p. 181.

2. Сардана — каталонский национальный танец.

3. Dali, "Per al "meeting" de Sitges".

4. La Veu de l'Emporda, Figueres, 26 May 1928, pp. 5-6.

5. Ibid., p. 6; подробности см. также в Sol Ixent, Cadaques, 2 June 1928, pp. 8, 10.

6. SL, p. 19.

7. Descharnes, Dali, p. 64.

8. Ades, Dali, p. 60.

9. Santos Torroella, Salvador Dali i el salo de Tardor, p. 11.

10. Иллюстрацию см. в DOH, p. 75.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика
©2007—2019 «Жизнь и Творчество Сальвадора Дали»